СИМ КАРТЫ ____ БЕЗЛИМИТНЫЙ ИНТЕРНЕТ ____ ЛЮБОЙ ГОРОД ____ НАКРУТКИ ВКОНТАКТЕ — 9 руб. — Элиста

СИМ КАРТЫ ____ БЕЗЛИМИТНЫЙ ИНТЕРНЕТ ____ ЛЮБОЙ ГОРОД ____ НАКРУТКИ ВКОНТАКТЕ
  • Цена: 9 руб
  • Контактный телефон: показать номер телефона
  • Опубликовано 22 ноября 2016 г. 11:45

ТАРИФЫ ДЛЯ ИНТЕРНЕТА ПОЛНЫЙ БЕЗЛИМИТ _ все виды сим карт
БЕЗ ОГРАНИЧЕНИЯ ПО ТРАФИКУ И СКОРОСТИ _ для любого устройства
БЕЗ РОУМИНГА ПО ВСЕЙ РОССИИ (для всех регионов)
_______
МЕГАФОН
• 750 руб/мес - сим карта 350 руб - ХИТ ПРОДАЖ! ОПТ от 5 шт по 200
регион УРФО ( получение в салоне по паспорту) __остальные почтой заказное письмо
• 230 руб/мес - сим карта 2000 руб
• 330 руб/мес - сим карта 1800 руб
• 500 руб/мес - сим карта 1500 руб
• 350 руб/мес - сим карта 1500 руб - 100 ГБ/мес
______
БИЛАЙН
• 33 руб/сутки - интернет на 3х сим картах, оплата на одну. Комплект из 3х сим карт - 1500 руб
• 890 руб/мес - сим карта 300 руб
______
Интернет ПОЛНЫЙ БЕЗЛИМИТ
• МТС 999 руб/мес - сим карта 500 руб___ ОПТ от 5 шт по 200 руб
______
Антикризисный интернет Билайн
8ГБ - неделя бесплатно - 11 руб/сут.
10 ГБ - 300 руб/мес
20 ГБ - 345 руб/мес
30 ГБ - 445 руб/мес
30ГБ + Ночной безлимит - 600 руб/мес.
сим карта - 150 руб
______
Антикризисный интернет Теле2
5 ГБ - 200 руб/мес
15 ГБ - 300 руб/мес
30 ГБ - 400 руб/мес + ночной безлимит
сим карта - 199 руб
______
Антикризисный интернет МТС
30 гб - 390 руб/мес
сим карта - 309 руб
•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•
ТАРИФЫ ДЛЯ ЗВОНКОВ ПО ВСЕЙ РОССИИ БЕЗ РОУМИНГА
_____
БИЛАЙН - ПОДКЛЮЧЕНИЕ НА ВАШ НОМЕР
• 650 руб/мес - 5000 мин, 5000 смс, 30 гб, бесплатные входящие по миру
стоимость подключения - 1800 руб
_____
МЕГАФОН ПОДКЛЮЧЕНИЕ НА ВАШ НОМЕР
• 650 руб/мес - 5000 мин, 5000 смс, 10 ГБ
стоимость подключения - 1800 руб
_______
МЕГАФОН СИМ КАРТЫ
• 220 руб/мес - 600 мин, 1000 смс, 6 гб
• 520 руб/мес - 1800 мин, 1000 смс, 18 гб
• 820 руб/мес - 3500 мин, 1000 смс, 35 гб
сим карта - 300 руб
_______
Теле-2 СИМ КАРТЫ:
• 600 руб/мес - 3000 мин, 3000 смс 15 гб
сим карта - 300 руб.
_______
МТС - ПОДКЛЮЧЕНИЕ НА ВАШ НОМЕР ЛЮБОГО РЕГИОНА РФ
«Smart для своих» (Смарт для своих)
• 200 руб/мес
Безлимитные звонки на МТС по России
600 мин на номера домашнего региона
600 смс
10 гб интернета
Подключение - 1300 руб
также в наличии коды Ультра для своих (тариф Ultra со скидкой 50%)
ЛЮБОЙ ТАРИФ МОЖНО ОФОРМИТЬ НА ВАШ ПАСПОРТ!
•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•
Доставка в регионы почтой - бесплатно
Звоните в любое время!
Для заказа - напишите нам на почту: SMS128@YANDEX.RU
•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•=•
СИМ КАРТЫ_РАСПРОДАЖА_ЛЮБОЙ ГОРОД_НАКРУТКА ВКОНТАКТЕ__ОПЕРАТИВНО!.
__________ Распродажа сим карт ___________
*
Билайн - МТС - Мегафон - Йота - Теле - 2
подходят для разговоров - все тарифы по РФ ( в роуминг не уходят )
все входящие Бесплатны.
*
Любые безлимитные тарифы по РФ.
*
интернет от 1 Гб - до 300 Гб ( любое устройство) -
планшет - смарфон - роутер - модем.
*
с 0-балансом:
подходят для регистраций
ВКонткте
на Авито
в Инстаграмм
Киви
Одноклассники
Фэйсбук
и т.п. _______ все сим карты НОВЫЕ __
запечатаны __
*
ПРАЙС:
= 10 шт = 300 руб.
= 15 шт = 450 руб
= 20 шт = 550 руб
= 25 шт = 650 руб
= 30 шт = 800
= 40 шт = 950
= 50 шт = 1200
= 60 шт = 1500
= 70 шт = 1800
= 80 шт = 2000
= 90 шт = 2350
= 100 шт = 2500
= от 150 шт по 23
= от 200 шт по 22
= от 500 шт по 20
= от 800 шт по 18
= от 1000 шт по 17
= от 2000 шт по 15
Есть с балансом __ на заказ - цены узнавайте.
— Безлимитные не публичные тарифы для связи __ интернет БЕЗ ограничений :
по скорости + по трафику + по региону использования.
— все форматы сим карт.
предлагаем НАКРУТКУ ВКОНТАКТЕ!
пишите на почту SMS128@YANDEX.RU
_______________________________________________

рядом с пареньком расположился настоящий боец: его ругань слышна на весь лагерь. Он клянет всех: врагов, товарищей, лекарей и даже собственную мать. Одной рукой он прикрывает распоротый живот, жуткую рану, через которую видны его сизоватые внутренности, другой – сжимает бутылку дешевого пойла, к которой постоянно прикладывается. Сколько бы кругов ада такой вояка ни прошел – он будет выживать. Может даже умудрится дожить до конца войны, уедет в свою деревню, найдет там хорошенькую невесту…
Впрочем, это были бессмысленные размышления. Да, война – это страшно, и нудно, и грязно, и тысячи других «и», полный перечень которых знали все солдаты легиона. Но никто ведь не тащил нас сюда за шкирку. Легионеры сражаются за деньги, а не за светлые идеалы. Может, разве что, за идеалы золота? Я тоже пришла сюда по своей воле, и все ужасы войны стали для меня пустым звуком. Ничего они не меняли.
Я пошла мимо темно-синих палаток лазарета, усыпанных серебряными звездами, к багряному шатру, самому большому в лагере. Каждый раз после битвы здесь выстраивались длинные очереди, терявшие свои «хвосты» в недрах нашего «походного дома».
Каждый выживший солдат имеет право на пятнадцать монет. Офицеры – на тридцать. Снабженцы вроде меня – на семь, но только если обошлось без серьезных потерь. Чаще отряды поддержки получают по пять серебряных оллов. От серебра там, правда, одно слово да цвет, но монета еще ходовая почти во всех концах нашей страны, кроме, разве что, южных провинций. Те предпочитают торговать настоящими драгоценностями: самоцветами, металлами и рудой. Но моя дорога вряд ли уйдет так далеко от Центрального тракта.
Сегодня очереди за платой не было. Неудивительно, ведь после схватки с Белыми Лилиями минуло уже три дня. Большинство солдат, вернувшихся в лагерь, давно получили свои деньги, потратив их на дешевых девок, выпивку или проиграв все в карты. Тех же, кто погиб, еще не привезли. Поле Песчаных мышей находилось довольно далеко от нашего лагеря, поэтому оплату получили все, кроме тех, кто задержался в пути, да мертвецов, которых будут привозить еще неделю.
Я намеренно выждала пару дней, прежде чем явиться за положенным. Мне не хотелось встретиться с кем-то из тех бравых солдат, что втоптали меня в землю. Вероятность того, что они вспомнят какого-то мальчишку, была крайне мала. Но рисковать не стоило – в вопросах оплаты легионеры были строги. За свои пять оллов тыловики хотя бы попытались поучаствовать в битве, я же лежала лицом в пыли и молилась, чтобы у меня не треснули ребра.
Мы, снабженцы, нередко простаивали без дела, и порой нам платили лишь за то, что мы вышли в строй. На случай, если у офицеров возникнут вопросы о моем участии в бою, я приготовила солидный довод: треснувший нагрудник хорошо доказывал мою наигранную доблесть. Он спас мне ребра и подарил надежду на то, что следующая броня будет поудобней.
Перед багряным шатром штаба оказалось лишь несколько человек. Судя по повязкам, все эти ребята только прибыли из лазарета. Приковыляли за заработком, пока их не записали в трупы.
Багряный шатер из потрепанной парусины возвышался над поляной, как огромный пирог. Пока я примерялась и подбирала слова, чтобы выклянчить свой заработок, с противоположной стороны шатра послышались громкие голоса. Я отошла от стола выдачи, невольно прислушавшись к обрывку разговора, и сообразила, что речь идет, как всегда в этом мире, о деньгах:
– Десять монет и не больше. На мой взгляд, это и так расточительство.
– Но господин, в легионе Белых Лилий мне платили около тридцати, да еще и содержание!
Я не видела говорящих и могла представить их по голосам. Первый мог принадлежать лишь старшему офицеру, так как он был налит тяжеловесной волей и по-военному чеканил каждое слово. Мне он показался странно знакомым. Второй же, наоборот, подрагивал и звучал хоть и нервно, но на удивление мелодично, словно принадлежал певцу. Я уже и забыла, что пришла за деньгами, и обратилась в слух. Мне хотелось узнать, чем закончится спор и выторгует ли просящий лишнюю монету.
– Тебя не убили – считай это частью оплаты. Весь офицерский состав Лилий сейчас болтается вдоль дороги. Не веришь – сам сходи, посмотри. Тебе могут подарить такое же пеньковое ожерелье на шею, как и тем ребятам, и поверь – никто из моих солдат не будет возражать. Наоборот, может даже порадуются. Видишь ли, у нас не песенный легион, и бард нам не нужен. Ты можешь сейчас просто уйти на свой страх и риск, или же написать за десять монет одну жалкую песню для Алой Розы.
Бард… ну тогда все ясно. Эти нелепые хлыщи в шелковых шароварах, словно слепни, прилипали к легионам и сосали денежные запасы армии, изредка радуя генералов своими бездарными сочинениями. Обычно в качестве дара преподносились походные песни, восхваляющие доблесть командиров. А они неплохо зарабатывают. Тридцать монет, как же…
– Но милорд, я…
– Сгинь.
Я поняла, что разговор, к несчастию барда, завершился, но не успела сойти с дороги. Из-за шатра возникла высоченная тень и двинулась прямо на меня, легко, словно пушинку, столкнув с дороги. Мужчина даже не остановился и просто двинулся к синему шатру одного из генералов. Зато, разглядывая спину грубияна, я наконец-то вспомнила, кто это. Неудивительно, что голос показался мне знакомым. Какая честь – с дороги меня столкнул сам генерал Атос – лучший боец легиона Алой Розы, великолепный наездник и сотня-другая прочих громких титулов. Много историй об этом человеке-легенде я слышала в лагере. Но лишний раз болтать о нем легионеры не решаются. Поговаривают, что он терпеть не может сплетен и скор на расправу. В бою я стою от него слишком далеко, а в лагере он почти все время проводит в своем шатре.
Атос такой странный… Двухметровый крайниец со смуглой кожей и пепельно-серыми волосами, похожими на шапку из какого-то пушного зверя. Как он из-под такой шевелюры вообще видит поле боя остается загадкой. А сражается он, по слухам, просто прекрасно. Под доспехами, хоть и не видно, – гора мышц, будто он круглые сутки машет двуручным мечом. Я слышала, что он может перерубить человека пополам, – но это больше похоже на старушечьи байки. Как ни крути, но для его возраста – двадцать с небольшим – сделать карьеру генерала легиона было завидной судьбой. И кем бы он ни был за пределами легиона, этот парень определенно входил в число лучших бойцов Алой Розы.
Я не разглядела в нем особой красоты, хотя лагерные шлюхи сходили по нему с ума. Скорее что-то демоническое или звериное: вон как передвигается – быстро и бесшумно. Пока я размышляла, его уже и след простыл. Я подошла чуть ближе и заглянула за шатер. Там стоял бард, всхлипывая и прижимая к груди лиру. Нелепый петух в желтых панталонах – в лагере он выглядел еще более чужим, чем я. Но жалости почему-то не вызывал. Лирист, хе-хе.
Я вновь обогнула шатер и направилась к столу, который стоял с другого края. Не стоило забывать, зачем я здесь – за платой. На выдаче сегодня сидели два незнакомых мне солдата, исполнявших роль казначеев. Легионеры явно скучали. Один, что постарше, чистил гравировку на парадной кирасе и, кажется, до ужаса гордился своим офицерским чином.
– Эм… привет, – сказала я, помахав рукой. – Я Лис. Снабженец, третий отряд под командованием Генада.
Со вздохом офицер в кирасе начал листать огромный том, содержащий данные обо всех легионерах Розы, в том числе и о моем отряде.
– Лис сдох, – лениво проговорил он, тыча грязным ногтем в какую-то строчку. – О смерти сообщил кто-то из сослуживцев еще два дня тому назад.
Ну вот и дожили. Наверняка, это вредный старик, который поучал меня на поле. Мечта, мечта… А на деле попросту доносчик.
На войне такая вот шуточная запись о смерти может сильно осложнить жизнь. У меня, конечно, как и у всех бойцов легиона, была при себе грамота от отрядного капитана, подтверждающая мою личность, но воровство грамот у мертвецов тоже было делом обыденным. Получить деньги за себя и мертвого соседа было бы отличным заработком, не назначь генералы за подобный обман строгого наказания. Тем, кого ловили с чужой грамотой, полагалась веревка на шею. Если бы я пришла к шатру в первый же день, кто-нибудь из отряда подтвердил бы, что я – Лис, и вполне себе живой, но сейчас надежды было мало. Все зависело от того, в хорошем ли расположении духа офицеры на выдаче.
В ход пошли бумаги: пришлось достать грамоту и положить на стол.
– Мало ли – бумажка, – лениво протянул офицер. Сбывались мои худшие опасения. – Мне с твоей бумажкой знаешь куда сходить?
– Меня не любят в отряде, – доверительно сообщила я, – все равно ведь правда. – Наверно, решили подшутить над новичком, вот и записали в трупы.
– А за что тебя любить, сладкоголосый? Голос как у девки, фигура как у девки, еще и в снабженцах, где одни старики да калеки.
Второй офицер примирительно вскинул ладони, – видимо, очень не хотел ни ссор, ни потасовок. Он лениво поднес мою боевую грамоту почти к носу, изучил бумагу и сунул мне обратно в руки.
– Плевать. Пиши, что живой. Нынче снабженцам платят только четыре олла. Нам не жалко, забирай свою мелочевку, пацан, и проваливай.
Темнело. Но лагерь в этой темноте просыпался, как громадный старый пес: кряхтя и почесываясь. Солдаты устраивались у костра с бутылочкой и сладко коротали часы перед сном за игрой или пустой болтовней. А вот мне идти было некуда. После «шутки» про мою смерть проводить вечер с отрядом мне расхотелось. Ребята ведь не просто так поступили, это было прямое заявление о том, как они ко мне относятся. В легионе я хорошо научилась отличать дружеские шутки от неприкрытой издевки.
Я решила, что разумнее будет идти к костру Ферроса, последнему прибежищу отщепенцев вроде меня. Я уже не раз ночевала у его костра, хотя и не любила проводить время с вечно похваляющимся дураком Ферросом, капитаном отряда и неплохим мечником. Как и все офицеры, он мог иметь свой шатер и костер. Но в отличие от соседних офицерских костров, народу у него всегда было мало. Люди тянутся туда, где интересно или играют на большие деньги. Феррос же только и делал, что рассказывал о себе, и его истории то и дело повторялись, обрастая новыми и невероятными подробностями. Зачастую капитан напивался, краснел, гневливо поливал своих врагов грязью, потрясая «дедовым» мечом. Такое зрелище совсем не радовало глаз и требовало сильной выдержки. Ну или отсутствия выбора, как в моем случае.
Я шла к костру Ферроса, на ходу поправляя шлем. Никогда не забывать про шлем – это мое правило номер один. Да, в нем было жарко и душно, особенно в летнюю пору, и слышимость хуже, а чтобы увидеть что-то сбоку, приходилось поворачивать голову. Но то была лишь малая жертва за мое право оставаться в легионе неузнанной и нераскрытой.
Около костра собралась едва ли дюжина вояк всех мастей, таких же неприкаянных душ, как я. Феррос вещал что-то невнятное, и легионеры, не замечая его болтовни, были заняты своими беседами. Я тихо присела с краю, протянув ладони к огню, и, к счастью, никто не обратил на меня внимания. Вход здесь был свободный. Сиди и грейся, только не воруй чужую еду и пойло.
– Эй, Фер. Что там за парень в шлеме? Ты че шлем не снял, дубина? Ты кто такой? – Какой-то мужик с вислыми усами больно ткнул меня в бок пустой бутылкой. Теперь жди беды. Однако Феррос разозлился не на меня, а на вислоусого за то, что тот прервал его вдохновенный рассказ.
– Это Лис. В шлеме, потому что вся морда в чертовке. Его-то я знаю, а вот кто ты такой – понятия не имею! И какой я тебе Фер? Я капитан Феррос…
К перепалке Ферроса и вислых усов подключились еще несколько легионеров, а я почувствовала себя странно польщенной. Надо же, капитан удосужился запомнить не только мое имя, но и легенду, из-за которой я не снимала шлема. Никто не знал, что болезнь чертовка была придуманной, но эта история позволяла мне скрывать лицо.
Шлем был необычным. Такого я не видела больше ни у кого во всем легионе – стального цвета, отшлифованный до ровного матового блеска; в почти вертикальных изогнутых прорезях были видны только мои глаза, а нижняя часть не закрывала подбородок. Шлем был округлым сзади и закрывал шею, а спереди сужался к подбородку, словно клюв птицы или морда зверя. По бокам, чуть выше висков, создатель шлема припаял два стальных пера, которые, видимо, должны были походить на крылья или что-то вроде этого, но на деле торчали, как уши. Впервые увидев себя в этом шлеме, я даже не знала, плакать мне или смеяться.
Помню, когда я только пришла в легион и явилась к багряному шатру, чтобы записаться в отряд снабженцев, командир спросил мое имя. И я застыла. Меня охватил ужас. К своему прошлому имени я испытывала такое отвращение, что не смогла бы произнести его даже под пыткой. К тому же оно было женским, а я пришла поступать в легион, выдавая себя за юношу. Но придумать мужское имя у меня не хватило смекалки. Вот я и стояла как идиотка, ловя ртом воздух, пока капитан не гаркнул: «Да запишите этого дурака Лисом – в честь горшка, что у него на голове». Так я обрела имя и не стала его менять – лисам ведь приписывают хитрость и скорость. Мне хотелось, чтобы новое имя изменило меня. Не зря же говорят, что с новым именем приходит новая жизнь.
Об этом чудном шлеме стоит сказать лишь еще одно. Его я сняла с первого убитого мной человека – не на поле боя, а в пропахшей дымом таверне на перекрестке двух дорог.
* * *
Разговоры о победах Ферроса перетекли в скучное обсуждение каких-то сражений, а потом – болтовню о женщинах. Ветер шумел в ветвях ближайшей рощи, а костер мирно потрескивал. Я, признаться, начала клевать носом в тепле и покое, пока не услышала свое имя.
– А ты что скажешь Лис, а? – Я вскинула голову и увидела, что Феррос испытующе смотрит на меня через разделяющий нас костер.
– А… простите?
– Мы тут обсуждаем, что по легиону ходят продажные девки – страшные, как грехи Войи, да еще каждая вторая носи

Номера и sim-карты в Элисте